Строительный информационный портал

Интересные новости
Навигация
Поиск

Что такое «Тибет»?

Все вокруг называют эту страну Тибетом, а сами тибетцы не знают, или до последнего времени не знали, этого слова. Китайцы в VI—VII вв. именовали своих западных соседей «Ту-фань», а во времена тибетской империи VII—IX вв. — «Ту-бо». Арабы с IX в. употребляли слово «Туббат» или «Тиббат». Монголы (самые ранние существующие письменные источники относятся к XIII в.) называли их «Тубэд», «Тубуд», и этот этноним принесли в Европу путешественники Плано Карпини, Рубрук, Марко Поло. Сами же тибетцы именуют себя «бод» (в современном лхасском произношении «по »). Первоначальное значение этого слова давно утрачено. Ученые предполагают, что оно означало что-то вроде «родной стороны». Многие связывают его с названием древней религии тибетцев «бон». В свое время этот этноним использовался лишь применительно к жителям центрального района Уй. Наверное, это и есть древнее название тибетцев. Оно сохранилось в этнонимах «бхота», «бхотии», употребляемых по отношению к тибетским племенам их индийскими соседями. Возможно, даже «баутаи» из «Географии» Птолемея суть тибетцы.

Тибет. Брак и семья

Буддизм настойчиво проповедует сдержанность в отношениях между мужчиной и женщиной. А монахи самой многочисленной в Тибете секты гэлугпа и вовсе должны придерживаться целибата. Как со всем этим обстоят дела реально, я не знаю. Но напрашиваются аналогии. Буддийское учение запрещает убивать животных. Однако в кругу самых истовых тибетских буддистов (и монахов тоже) редко можно встретить человека, который бы не употреблял в пищу мяса. Если природа и идеология вступают в спор, природа, как правило, побеждает.
Среди множества древнеиндийских сказок, переработанных буддизмом в соответствии со своим этическим учением, есть такая. Жил-был один человек. Когда он смеялся, изо рта у него сыпался жемчуг. Его пригласил к себе царь, чтобы посмотреть на это чудо. Но человек перестал смеяться, потому что увидел много примеров лжи и лицемерия. Ему изменила жена, клявшаяся в верности. Он встретил попугая, на людях цедившего воду через крыло, чтобы не лишить жизни даже букашек, но в одиночестве пожиравшего рыб и червяков. Он наблюдал, как монах, укравший золотое украшение у царя, делал вид, что стряхивает с себя пылинки, чтобы якобы не взять ненароком чего-нибудь чужого. Наконец, он увидел, как царица, покорно сносившая побои своего любовника-пастуха, расплакалась, когда ее слегка задел сам царь. Человек рассказал об этом царю, и они, разочаровавшись в мирской жизни, стали монахами.

Счастье для Тибетцев

Однако счастья, подлинного счастья не может дать ни одно рождение — ни царем-царицей, ни королем-королевичем. Потому что вся жизнь — страдание. Конечно, взгляд на жизнь как на страдание не является чисто буддийским. Эту истину открывали многие люди и до буддизма, и вне него. Каждый из них приходил и приходит к ней своим путем. Говорили об этом и древнеиндийские мудрецы. Однако именно буддизм возвел эту идею в абсолют. Именно он учит, что ничем нельзя заслужить счастье — ни добропорядочной жизнью, ни жертвами богам. Непрерывно перерождаясь в сансаре (круговороте бытия), живые существа неизбежно испытывают страдания.

Возникновение Буддизма

Буддизм возник в VI-V вв. до н.э. на севере Индии. Как всякая большая мировоззренческая система, он родился не на пустом месте. Большинство его идей в том или ином виде содержалось в древнеиндийских верованиях, в частности в так называемой ведической религии, предтече индуизма, получившей свое название от письменных памятников, «вед», по которым она нам стала известна. Это касается всего — представлений о мире, его возникновении, строении, богах, а также взглядов на человека, его место в этом мире, происхождение. Кроме того, буддизм не един, он полон разнообразных течений. Недаром один из известнейших исследователей буддизма, О.О.Розенберт, восклицал: «Системы буддизма вообще, помимо отдельных школ, не существует вовсе. Стремиться к созданию такой абстрактной буддийской системы — бесполезно». И все же.
Буддизм, особенно ранний, часто называют не религией, а философской системой, мировоззрением, идеологией. Это вызвано, прежде всего кардинальным отличием буддизма от других великих религий мира отсутствием в нем идеи бога-создателя. Действительно, представления буддизма о возникновении и развитии вселенной обошлись без акта творения мира всемогущей, сверхъестественной силой. Сначала были вихри, говорит буддийское вероучение, потом появились океаны, материки, боги, люди.

Тибетское государство

Тибетское государство во многом было построено по типу, существовавшему до и после Тибетской империи в Центральной Азии. Каждый владетель удела (или княжества) подчинялся царю и был его «министром» и «генералом» одновременно. Такой «министр-генерал» был ответствен за свои земли, за налоги и за организацию военных отрядов в случае необходимости. Все территории были поделены на три части — центр и два крыла. (Потом были прибавлены еще два.) Существовала десятичная система организации армии, когда десять десяток составляют сотню и т.д. Царская власть была сакральной и связывалась с представлением о том, что царь был послан, рожден, назначен Небом. Из истории известно, что такая модель государства позволяла создавать могущественные империи, такие, как империя Чингис-хана, но вела к их быстрому распаду, так как не разрушала родоплемен-ных структур, которые постоянно стремились отложиться от центральной власти.

Возникновение Тибетской империи

Произведя нехитрые подсчеты, базирующиеся на тибетской хронологии, можно предположить, что возникновение Ярлунгской династии относится к рубежу вв. до н.э. Но не легендарно-мифологическая, а фиксированная история тибетцев начинается лишь через много столетий. «Фиксированная» — значит имеющая письменные источники. Однако зависимость от подобных источников для историка тоже чревата ошибками и необъективностью. Летописцы прошлого писали о том, что было важно и интересно им. Например, о царе Тагринянцзиге многие тибетские хроники сообщают только то, что он был слепым и вылечился у шамана, о Намри-сронцзане — что при нем в Тибете познакомились с китайской медициной, а о великом царе Сронцзангампо — что он распространил в Тибете буддийскую веру и женился на китайской и непальской принцессах. Неужели это было главным делом прославленных царей?
Известно, что дед Сронцзангампо — Тагринянцзиг (VI в.) не отличался особым могуществом. Он правил всего шестью племенами из двенадцати, которые пришли в подчинение еще к Няти-цзанпо. Его резиденция была перенесена из дворца Юмбу-лаг в старый замок Чинба, что, похоже, было результатом его поражения в распрях. Ему пришлось вести ожесточенную борьбу с соседними княжествами. Когда же он наконец договорился о союзе с двумя вождями с целью свергнуть их могущественного сюзерена и принять под свое покровительство, то неожиданно умер.

Мифы Тибета

Из них мало что можно узнать, например, об укладе жизни или социальном устройстве. Но все-таки в них часто отражается история, хотя и в причудливом, искаженном виде. Во всяком случае, из приведенного выше мифа можно почерпнуть следующее. Вероятно, тибетские цари не принадлежали к исконно ярлунгскому племени, а пришли туда из другого района и установили свою власть над местным населением. Ученые даже называют этот район — Конто, расположенный северо-восточнее Ярлунга. Основанием для такого предположения
служит миф о священной горе Чжантог, с которой спустился Няти-цзанпо, — она расположена в Конто [Haarh 1969, 140]. Историк Эрик Хаар, создавший удивительное исследование о Ярлунгской династии, в котором, анализируя скучные генеалогические списки тибетских царей и чуть более веселые мифы о них, он сумел нарисовать подробную картину возникновения тибетского государства, развития древних тибетских представлений о мире, царской власти и религиозных верований, обращает внимание на то, что многие добуддийские мифы и легенды указывают на Конто как на прародину тибетских царей.
Во всяком случае, мы видим, что древние представления тибетцев о мире ограничиваются областью, в которую входят Яр-лунг, Конто и Побо, где Ярлунг является ее самой западной частью.